О преодолении последствий 20-го съезда КПСС

О преодолении последствий 20-го съезда КПСС
60 лет назад в эти дни открылся 20-й съезд КПСС, вошедший в историю прежде всего благодаря докладу тогдашнего генсека Хрущева "О преодолении культа личности и его последствий", прочитанному на закрытом заседании.

Это событие имело далеко идущие последствия и во многом определило историю СССР вплоть до его бесславного конца. И если в 60-е, 70-е и 80-е годы доклад Хрущева и развенчание "культа" оценивались почти только со знаком "плюс", то по прошествии времени и в исторической перспективе с позиции "25 лет без СССР" всё далеко не так однозначно.

Начнем с того, что доклад Хрущева (вот его полный текст) ни словом не обмолвился о главном преступлении сталинизма - коллективизации и раскулачивании, повлекших за собой миллионы жертв. Речь в нем шла только о репрессированных партийных активистах и руководителях, многие из которых до того, как они были репрессированы, сами совершили страшные преступления.

Доклад Хрущева полностью снял ответственность за сталинские репрессии с партийного аппарата и переложил ее на одного человека - самого Сталина. Это была главная ложь, потянувшая за собой множество второстепенных.

Ниспровержение Сталина положило начало гнусной "традиции", когда каждый последующий советский лидер начинал свое правление с того, что публично оплевывал предшественника. Это дискредитировало страну и систему, выставляя их на посмешище в глазах всего мира.

Даю ссылки на четыре публкации в российских СМИ, посвященные этому юбилею. Они характерны для современного дискурса, и хорошо, что он таков.

-----

Егор Холмогоров: "Как оторвали букву "С".

«Был советский студент Мэлс. Теперь перед нами стиляга Мэл! Казалось бы, всего одна буква… Но давайте вспомним, что означает имя Мэлс. В нем зашифрованы святые для нас имена. Маркс. Энгельс. Ленин. Сталин. А теперь давайте подумаем. Что означает небрежно выброшенная буква «С»?» В феврале 1956-го в роли новообращенного паренька из фильма «Стиляги» оказалась вся страна.

После секретного доклада Никиты Хрущева на ХХ съезде литера «С» из формулы советского человека пропала. Но сила действия равна силе противодействия — ​если посмотреть на сегодняшнюю Россию, то, похоже, одна выброшенная буква пересилит все остальные. Маркс — ​просто нудный экономист. Энгельс — ​открытый русофоб. Ленин — ​подложил «атомную бомбу» под нашу страну. И только Сталин — ​вождь и победитель, предмет восторгов некоторых и сдержанного одобрения большинства. О нем можно высказываться негативно, но никак не презрительно.

Пройдя полный шестидесятилетний круг, история переставила метки: Сталин — ​великий государственный деятель, ХХ съезд и «развенчание культа личности» — ​сомнительное мероприятие, пошатнувшее положение государства, приведшее к разрастанию партийной олигархии и крушению Советского Союза.

Почему так произошло? Прежде всего стоит понять, что ХХ съезд не прекратил репрессий, не демонтировал культ, не привел к наказанию особо отличившихся держиморд с Лубянки. Все это происходило и без секретных докладов.

К началу 1950-х многим стало очевидно: система дает сбои. Фабрика непрерывных посадок, сотни тысяч политзаключенных, жизнь в осажденной крепости — ​и все это дано как награда народу-победителю, освободившему пол-Европы. Чудовищный уровень государственного насилия буквально вымораживал страну.

При этом система утратила всякий смысл после «ленинградского дела» — ​показательной расправы над лучшей частью российских коммунистов. Тем самым Сталин фактически свернул и эпоху «тоста за великий русский народ», и период потепления отношений с Церковью, запрограммировав крах своей модели. Ведь любой из сталинских преемников, схватившихся за власть на трибуне мавзолея, исходил из того, что в любом случае должно произойти снижение уровня государственного террора, освобождение несправедливо заключенных, прекращение гипертрофированного культа, расширение внимания к повседневным нуждам народа. В этом были согласны и представитель полицейской касты Берия, и первый среди чиновников Маленков, и лидер партийной бюрократии Хрущев.

Основные элементы десталинизации были засвечены задолго до съезда: освобождены и реабилитированы тысячи зэков, наказаны некоторые из тех, кто сажал, облегчено положение колхозных крестьян, развернуто массовое жилищное строительство (спланированное, впрочем, при Сталине), расширен выпуск товаров народного потребления. Да и в советской печати и кино стали говорить свободнее...

В одну кучу было свалено все. Личные качества Сталина — ​нетерпимость и подозрительность, отстрел внутренних врагов, вымыслы о том, что Верховный «планировал операции по глобусу», депортация народов за сотрудничество с гитлеровцами — ​фактический пересмотр этого пункта Хрущевым был проведен вскоре так бездарно, что на Кавказе погибло множество русских людей....

К тому же Хрущев вынужден был постоянно подкармливать свою основную опору — ​региональных первых секретарей. Так начали закладываться основы местных каганатов, которые при Брежневе расцвели в рашидовщину, кунаевщину, алиевщину, в фактическое отпадение Украины, купавшейся в привилегиях и накормленной Крымом. А затем наступил конец.

Если Ленин заложил теоретическую модель распада СССР, то именно Хрущев посеял его организационные ростки. Но не менее важной была идейная бомба. Сталинизм, безусловно, оставался продолжением большевизма — ​этакой беспощадной утопии, губившей русских крестьян, духовенство, интеллигенцию и офицеров. Но в его основе лежала идея построения социализма в отдельной стране, вместо превращения нашего народа в передовой отряд мировой революции. Поэтому, вольно или невольно, сталинизм ассоциировался с патриотизмом. И процесс, запущенный Хрущевым, оказался в руках «советской интеллигенции» не орудием против коммунизма, а огромным подспорьем в деле разрушения патриотической идентичности России.

И когда сегодня либералы — ​эти наследники ХХ съезда — ​болтают о необходимости «остановить возвеличивание Сталина», они всего лишь имеют в виду, что хотели бы добить наше Отечество полностью.

-----

Юрий Жуков: "Оттепель началась вскоре после войны".

...В середине 30-х группа Сталина хотела сделать в нашей стране выборы с тайным голосованием, альтернативностью — на одно место несколько человек. Но первые секретари были против. Многие из них «отличились» в период коллективизации — проводили избыточное изъятие хлеба у колхозников. Они понимали, что при такой системе их никогда не изберут. И тогда Эйхе, будущая «жертва репрессий», обратился в ЦК. Он сказал: НКВД в его Западно-Сибирском регионе вскрыло тайную вооруженную организацию, которая готовит переворот. Пока она не будет уничтожена, проводить альтернативные выборы невозможно. И представил расстрельные списки на 10 800 человек — не указывая, кого и за что. Тут же все первые секретари стали обращаться с такой же просьбой. Вторым по кровожадности оказался Хрущев. Он попросил 8500 к расстрелу и 32 000 — в лагеря. Затем, в январе 1938 года, на Красной площади в жуткий мороз Хрущев собрал свыше десяти тысяч человек на митинг, посвященный суду над Бухариным и Рыковым. Он призывал «раздавить этих собак». В «Московской правде» за январь 1938-го можно прочитать это. Хрущев призывает пролить кровь людей, которых еще не объявили виновными. После этого его отправляют подальше, в Киев, первым секретарем компартии Украины. Буквально через два дня он присылает телеграмму с просьбой разрешить ему подписать расстрельные списки на 20 000 человек.

культура: Получается, что активнейший участник репрессий умело перевел стрелки на Сталина?

Жуков: Хрущев понимал: его в любой момент могут сковырнуть, припомнив, что он творил в 30-е годы. Как поступают преступники? Первыми кричат «держи вора!». Таким криком и стал его доклад. Обратите внимание на некоторые детали. Например, среди жертв он упоминает преимущественно первых секретарей, членов ЦК, то есть высшую партийную бюрократию. Он посылал сигнал — больше вас никто не тронет, если поддержите меня.

культура: Высшая партийная бюрократия отделялась от народа, создавала себе привилегии?

Жуков: Да. И у Сталина, Маленкова и Молотова была идея уже в 1944 году отрешить партию от всего, кроме агитации, пропаганды и участия в подборе кадров. Мотивировали это так: обкомы и горкомы принимают какие-то решения и требуют от советских органов их выполнения. Если что-то не получается, виноваты только исполнительные органы. А партия — всегда ни при чем. Ее надо было отодвинуть от власти как можно дальше. Но высшая партийная верхушка этому сопротивлялась. После смерти Сталина Маленков попытался реализовать идею хотя бы отчасти. Как глава правительства он подписал постановление, по которому партийные руководители лишались всех привилегий. Прежде всего — конвертов. Это дополнительное денежное пособие высокопоставленным бюрократам. Оно было в 2–3 раза выше месячной зарплаты, не облагалось налогами. Маленков лишил партработников телефона, кремлевской поликлиники, персональной машины. После этого все первые секретари пишут на имя Хрущева: «Дорогой Никита, помилуй! Ну хоть что-нибудь оставь!» Никита из партийной кассы выплачивает первым секретарям все, что они недополучили. И на сентябрьском пленуме 1953 года его выбирают первым секретарем ЦК. Когда в докладе 25 февраля 1956 года он говорил о культе личности и репрессиях, он сигнализировал партийным бюрократам, занимавшим высокие посты: отныне этого не повторится. Это будет каста неприкасаемых. Поэтому верхушка КПСС его так радостно поддержала.

культура: И все же после съезда началась «оттепель»?

Жуков: Давайте посмотрим. Война окончилась, народ остыл от крови, руин, развалин. Стали нормально жить. В 1952 году начинается реабилитация, людей освобождают из лагерей. Возникают интересные явления в литературе и искусстве. Появляются фильмы «Мы с вами где-то встречались», «Верные друзья» — в них открыто критикуется бюрократия. В 1954-м во втором номере журнала «Театр» публикуется пьеса Зорина «Гости», где драматург показывает: взгляды старых членов партии обветшали — их пора менять. Все это уже витало в воздухе. Так что «оттепель» началась, когда Сталин был еще жив.

-----

Валерий Бурт: "Месть покойнику".

14 февраля 1956 года открылся ХХ съезд КПСС — впервые за много лет без Сталина. И первый, где на вождя обрушился с критикой его бывший соратник, новый лидер страны. Свой доклад первый секретарь ЦК партии Хрущев прочитал на закрытом заседании в самом конце коммунистического форума.

Однако вскоре содержание речи узнала вся страна. Уже в марте доклад был опубликован на Западе в газете The New York Times. Вскоре журнал Time, продолжая животрепещущую тему, вышел с красочным портретом главы СССР на обложке. Корреспондент этого издания Джим Белл писал: «Во время хрущевского доклада — со слезами, перечислением интриг, заговоров и контрзаговоров, окружавших последние дни Сталина — кто-то из зала спросил: «Почему вы его не убили?» Хрущев ответил: «А что мы могли сделать? Тогда был террор».

Съезд, которому суждено было стать эпохальным, начался привычно. Делегаты из всех регионов страны обсудили события в стране и за рубежом, рассмотрели новый шестилетний план экономического развития СССР. Решение отказаться от строительства паровозов и переход на тепловозную и электровозную тягу выглядело не только своевременным, но и символичным, как отказ от всего старого, рутинного, мешающего развитию огромной державы.

В своей речи Хрущев обвинил многолетнего руководителя страны в превышении власти, развязывании террора, в том, что его жертвами «оказались многие честные, преданные делу коммунизма, выдающиеся деятели партии и рядовые работники партии». Он говорил о необходимости реабилитации репрессированных, восстановлении законности и многом другом, о чем ранее предпочитали молчать.

Речь Хрущева казалась убедительной. Однако автор книги «Антисталинская подлость» Гровер Ферр писал: «Из всех утверждений „закрытого доклада“, напрямую „разоблачающих“ Сталина или Берию, не оказалось ни одного правдивого. Точнее так: среди всех тех из них, что поддаются проверке, лживыми оказались все до единого. Как выясняется, в своей речи Хрущев не сказал про Сталина и Берию ничего такого, что оказалось бы правдой. Весь „закрытый доклад“ соткан сплошь из подтасовок такого сорта».

Немало людей и раньше догадывалось о том, что происходило в стране. И потому их могли поразить лишь масштабы беззаконий и то, что Сталин назван их главным виновником. Другая часть населения СССР была уверена в непогрешимости вождя, а потому его разоблачение вызвало настоящее потрясение. Когда Хрущев читал доклад, некоторые коммунисты плакали. И позже, во время обсуждения документа в партийных ячейках преданные члены партии погружались в глубокое уныние. Если поруганию предано самое святое, чему они поклонялись всю жизнь, а кумир оказался тираном, значит, и эта жизнь прожита напрасно?!

Однако далеко не все терзались, многие просто выполняли негласные указания сверху. Количество сталинских бюстов и портретов заметно поредело. В столичном Музее революции исчезли витрины, заполненные подарками к юбилею Сталина, а в Третьяковской галерее из множества изображений вождя, остались лишь два.

Из ссылок и лагерей стали возвращаться сгорбленные, поседевшие, больные люди с потухшими глазами. Они заново узнавали своих родных и близких, многие из которых уже не чаяли увидеть их живыми. Рассказы бывших зэков потрясали…

Хрущев, по мнению многих в стране и, тем более, за рубежом, выполнил священную миссию. Честно рассказал о творившихся в стране ужасах, потерях, понесенных страной. Освободил невинно упрятанных в застенки людей, разоблачил главного виновника несчастий. Но оставались вопросы, которые, может, и звучали тогда из уст ошеломленных граждан СССР, но наверняка — приглушенно. Из-за привычного, привитого временем страха, который не исчез после смерти Сталина.

Почему Хрущев выступил с докладом лишь четыре года спустя после смерти вождя? Боялся Сталина, даже мертвого? Почему у власти и на местах продолжали оставаться те, которые много лет искали «вредителей» и «врагов народа», подписывали расстрельные списки? Да и сам Хрущев в этом деле проявил невиданное усердие. Известно, что он посылал с Украины, которой много лет руководил, в Москву бумагу за бумагой, требуя покарать многочисленных «отступников». И жаловался, что не всех карают. Хрущев так надоел Сталину, что он на одном из посланий раздраженно начертал: «Уймись, дурак!» Между прочим, разоблачая вождя, Хрущев заодно мстил ему за свои многочисленные унижения, роль шута, которую отвел ему властелин. Но — неспроста, а за угодливость и подобострастие.

Тогда о причастности к репрессиям партийной верхушки было неизвестно. Но даже простая логика подсказывала, что Сталин не мог действовать в одиночку. Хрущев же был его ближайшим, верным спутником, не только выполнявшим все поручения и приказания вождя, но предугадывающим — хотя и не всегда удачно — его желания.

О том, что происходило в стране, больше нельзя было молчать. Но выступление Хрущева было продиктовано не только желанием рассказать правду своему народу и всему миру. Он выступил — и с докладом, и против своих противников — в момент наивысшего обострения борьба за власть. Решался вопрос, кто усидит в Кремле — Хрущев или другие бывшие соратники Сталина — Маленков, Молотов, Каганович, Булганин. Для победы нужно было предъявить стране веские аргументы, лучшим из которых было отречение от прошлого — страшного и кровавого — и провозглашение нового курса. Старые, выцветшие знамена и лозунги заменялись на новые и сверкающие. То же самое — с планами и прожектами. Ими можно было долго манипулировать или, попросту говоря, дурачить народ. Этим и занимался Хрущев до конца своего правления.

Разоблачая культ Сталина, на его обломках он создал новый культ — самого себя. Но поклонение Сталину было вполне искренним, основанном на уважении его заслуг — настоящих и мнимых — народа. Хрущевский же культ был искусственным, уродливым, насаждаемым подобострастной верхушкой. Граждане СССР в большинстве своем относились к главе государства неприязненно, издевались над его космическими идеями, сумасбродством. И ничуть не жалели, когда Хрущева выставили из Кремля…

…В феврале пятьдесят шестого он нанес своим оппонентам сильнейший удар, а спустя год завершил дело разгромом «антипартийной группы». Но, право, нельзя сказать, что Хрущев был умнее своих противников. Однако удачливее, коварнее, изворотливее — безусловно.

А ведь разоблачение Сталина могли затеять и Молотов, и тот же Маленков! Но — не стали. Может, устали от бесконечных интриг, подковерной борьбы? Или — при всех своих нравственных дефектах и пороках — сочли непорядочным и даже низким обличать мертвеца? Тем более Сталин был их товарищем по партии, человеком, которого они искренне уважали.

«Ну, да они его убили, а потом пожалели», — могут возразить мне. Но ведь не известно, какую роль сыграли люди из ближнего круга Сталина в его смерти. Есть только версии. Ну а в то время на них не падала даже тень подозрений. Маленков, Молотов, Каганович, Булганин и другие молча демонстрировали верность умершему (или убитому ими?) вождю.

И потеряли осторожность. Хотя видели, как в пятьдесят третьем Хрущев «обыграл» Берия. Но почему-то были уверены, что на них — старых, заслуженных партийцев — он не посмеет поднять руку…

Между прочим, сейчас многие считают, что именно Берия первым запустил процесс пересмотра дел и реабилитации жертв террора. Говорят и о глобальной перестройке в стране, которую он готовился начать — на тридцать лет раньше Горбачева.

Вообще интересно все, что могло бы произойти, как альтернатива тому, что есть. Можно представить, например, не Хрущева, а того же Берию на трибуне ХХ съезде. Как бы поступил он со своими старыми товарищами по партии? Может, в мавзолее до сих пор соседствовали бы Ленин и Сталин?..

Говоря о том, что Сталин создал непомерный культ своей личности, Хрущев прекрасно знал, что Сталин, наоборот, отвергал грубую лесть и подобострастие. Это в частности, подтверждали Фейхтвангер в книге «Москва 1937» и дочь Сталина, Светлана Аллилуева в воспоминаниях «Двадцать писем к другу». Есть и другой, малоизвестный факт. В феврале 1938 года Сталин написал письмо в «Детгиз» по поводу книги, которая непосредственно касалась его и называлась «Рассказы о детстве Сталина».

«Книжка изобилует массой фактически неверностей, искажений, преувеличений, незаслуженных восхвалений, — писал он. — Автора ввели в заблуждение охотники до сказок, брехуны (может быть, „добросовестные“ брехуны), подхалимы…»

Сталин подчеркивал, что «книжка имеет тенденцию укоренить в сознание советских детей (и людей вообще) культ личностей, вождей, непогрешимых героев. Это опасно, вредно…» И советовал «книжку сжечь».

Сталин смотрел фильмы, читал книги, где он представал мудрым и непогрешимым. Но воспринимал это как данность. Мол, люди хотят меня видеть таким и, пожалуйста, если им от этого легче. Лукавил? Может быть. А если был искренним?

Можно допустить, что Сталин не жаждал крови. Но — окружил себя кровожадными людьми. Они были везде — сверху донизу всей системы. Это были те, кто без устали нажимал на курок в подвалах застенков, кто сидел в кабинетах наркоматов, ведомств, учреждений. Они следили, доносили, засыпали письмами Кремль, требовали расправы.

Сталин же сам сказал, что кадры решают все. И эти кадры — часто жестокие и недалекие — решали. Во всех ошибках и просчетах они обвиняли других — часто нужных, способных, талантливых. Из-за этого дела — большие и малые — страдали, замедлялись и вовсе губились. Тогда находились новые виновные. И так без конца.

Иногда Сталин поднимал голову, отвлекался от дел, пытался вникнуть и разобраться. Кому-то везло, кого-то освобождали. Но это были лишь эпизоды. Характерный случай приводит в своей книге «Цель жизни» известный авиаконструктор Яковлев. Он пришел в Кремль просить за заместителя наркома авиационной промышленности Баландина: «Мы не знаем, за что он сидит, но не представляем себе, чтобы он был врагом. Он нужен в наркомате…» На что Сталин отвечал: «Да, сидит уже дней сорок, а никаких показаний не дает. Может быть, за ним и нет ничего… Очень возможно… И так бывает…» Через несколько дней Баландина освободили, и Сталин поинтересовался у Яковлева — как он? «Работает, товарищ Сталин, как ни в чем не бывало», — ответил конструктор. На что последовала спокойная реплика вождя: «Да, зря посадили».

Сталин, конечно, был в курсе, что так «бывает». Знал, что «зря» сажают и напрасно казнят. И даже очень многих. Он уже не мог выйти из замкнутого, порочного круга.

Хрущев, разоблачая Сталина, не смог избавиться от страха перед ним. Компания по дискредитации вождя шла, но тело Сталина на Красной площади по-прежнему соседствовало с останками Ленина, что означало их равные заслуги в коммунистической истории. Так продолжалось еще пять с лишним лет, до ХХII съезда партии, проведенного в октябре 1961 года. Едва ли не весь двухнедельный коммунистический форум был посвящен яростным нападкам на Сталина, которые предваряли попытку его окончательной дискредитации. Тело Сталина вынесли из мавзолея и одновременно выпустили на волю его призрак. С тех пор он бродит по стране…

Хрущев велел похоронить Сталина у Кремлевской стены под покровом ночи, опасаясь протестов. Но в Москве не произошло ничего похожего на то, что случилось вскоре в Тбилиси. Там начались выступления людей, оскорбленных речью Хрущева. Народ выплеснулся на улицы, но демонстрации были хотя и горячими и эмоциональными, но мирными. Однако все закончилось трагедией — войскам было приказано стрелять на поражение. Для устрашения.

Это было начало нового террора — в ту самую «оттепель». Осенью того же пятьдесят шестого Хрущев жестоко подавил восстание против коммунистического режима в Венгрии. Мир содрогнулся, но главное потрясение было впереди — когда разразился Карибский кризис, грозивший обернуться Третьей мировой войной.

Жители сел и деревень были по-прежнему «прикованы» к колхозам. Хрущев грозил интеллигентам, по его инициативе начались гонения на церковь — людей бросали за решетку за религиозные убеждения. Закрывались храмы, семинарии, уничтожались памятники культуры.

А потом случился кровавый Новочеркасск…

-----

Владимир Сиряченко: "Хрущев врал каждые четыре минуты".

В середине 30-годов молодому советскому государству удалось преодолеть ожесточеннее сопротивление троцкистов с их ориентацией на мировую революцию. Удалось завершить коллективизацию сельского хозяйства, преодолеть драматические последствия большого голода на Украине, в Поволжье и на Северном Кавказе. На село пошли сотни тысяч отечественных тракторов. комбайнов и автомобилей.

Почти ежедневно вводились в строй современные промышленные предприятия, СССР уверенно выходил на второе место в мире по своей экономическому потенциалу, оставляя позади Германию, Англию и Францию. В мир входило новое поколение молодых образованных людей.

Вскоре Сталин сообщил о начале работы над проектом новой Конституции. Утратило свое значение временное ограничение прав некоторых категорий граждан, им предоставили возможность участвовать в выборах органов власти. Избирательные права возвращают более двум миллионам граждан. Одновременно взят курс на разработку нового избирательного закона о тайном голосовании. В преддверии очередных отчетов и выборов в партии вождь и его ближайшие соратники считали, что формирование всех выборных руководящих звеньев должно впредь проходить на альтернативной основе.

Спустя четыре десятилетия злой демон так называемой перестройки Горбачев извратит дух и характер сталинских начинаний, скрытое сопротивление оказывалось даже в ближайшем сталинском окружении.

Чего стоил один только «кремлевский заговор» Енукидзе — Ягоды, ставший известным под названием «Клубок»? А необходимость жесткого подавления троцкистско-бухаринского блока? А подпольно-террористическая группировка высшего генералитета РККА? Пережитые шок и потрясение тогда, что называется, «зашкаливали», ведь в то время в обществе были два культа: Сталина и армии.

Но когда работа над проектом Конституции, над новым Законом о выборах Советов, параллельно — выборами партийных органов на альтернативной основе вышла на «финишную прямую», группа представителей «широкого руководства» или так называемой «внутренней партии» на июльском (1937 г.) Пленуме ЦК заявила о наличии в своих регионах разветвленных подпольных организаций «кулацких и прочих вражеских элементов».

Инициаторами репрессий на местах стали первые секретари Западно-Сибирского крайкома и Московского МК Эйхе и Хрущев, их единомышленники.

Именно с их руки было положено начало необоснованным репрессиям. За их применение в массовых масштабах выступили те, кто не отличался высокой профессиональной подготовкой и широким кругозором, кто продолжал мечтать о «мировой революции». Им не нужна была ни новая Констуция, ни альтернативные выборы – ведь перед ними отчетливо маячила перспектива лишения высоких постов.

Почему Сталин, как считало его ближайшее окружение, в высшей степени прагматичный и трезвый политик, вынужден был временно отступить под напором местечковых творцов террора? Да потому, что составе ЦК ВКП (б) у него не оказалось на тот момент устойчивого большинства. «Широкому руководству» ничего не стоило тогда сместить Сталина с поста руководителя партии и его сторонников.

И пошли в ход пресловутые «тройки», списки намеченных к ликвидации «врагов народа»- по первой , по второй категориям… Многие из «ударников» насилия Эйхе, Хрущов, Варейкис, Евдокимов, Постышев требовали от Москвы новых лимитов на внесудебные расправы. Вдобавок ко всему глава НКВД Ежов вошел в сговор с кланами зарвавшихся руководителей. Страна надолго могла погрузиться в атмосферу хаоса и страха.

Уже в январе 1938 года на Пленуме ЦК ВКП(б) выступил Маленков с докладом «Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии, о формально-бюрократическом отношении исключенных из ВКП(б) и о мерах по устранению этих недостатков». Таким образом была предпринята первая попытка положить конец практике необоснованных репрессий. К концу 1938 года волна насилия с назначением на пост наркома внутренних дел Лаврентия Берии пошла на спад. На протяжении двух последующих лет по его инициативе было реабилитировано более 200 тысяч необоснованно осужденных лиц. Дорогую цену довелось заплатить непосредственным организаторам репрессий Эйхе, Варейкису, Столяру, Мирзояну, Евдокимову. Большинство из них за грубейшие попрания норм социалистической законности приговорены к высшей мере наказания.

Вопреки расхожим мифам, именно с приходом в руководство НКВД Лаврентия Берия на свободу вышли сотни тысяч незаконно репрессированных.

Разгоравшийся пожар Второй мировой войны отложили на будущее политические реформы, но не заставили Сталина отказаться от них окончательно. Выступая в феврале 1946 года перед избирателями Сталинского избирательного округа Москвы, вождь, в частности, заявил: «Говорят, что победителей не судят, что их не следует критиковать и проверять. Это неверно».

Такова правда о репрессиях тридцатых годов, а не преподнесенная делегатам съезда их интерпретация, густо сдобренная Хрущевскими мифами о том, что, вопреки выводу Сталина, по мере продвижения общества к социализму сопротивление эксплуататорских классов якобы будет лишь ослабевать. Все последующее развитие событий в стране после смерти Сталина показало, что силы мирового империализма отнюдь не отказались от намерения ликвидировать СССР.

Как возникла идея вынести на рассмотрение съезда доклад о культе личности? Маленков высказался за обсуждение этого вопроса на Пленуме ЦК КПСС. Молотова также отличали прагматизм и взвешенность оценок. Работа над докладом приобрела стремительный характер в последние дни работы съезда. Первоначальный вариант готовил секретарь ЦК Поспелов, который не удовлетворил заказчика. Затем пришел черед главного редактора «Правды» Шепилова. По воспоминаниям последнего, он с трудом нашел в своем творении остатки своих мыслей. А сам доклад был роздан для беглого ознакомления членам Президиума ЦК в кратком перерыве после официального окончания съезда.

В процессе своего выступления Хрущев много раз отвлекался от основного текста, прибегал к импровизациям и откровенным фальсификациям, на которые был большим мастером. Так что основным автором бурного потока откровенной лжи стал именно Хрущев.

Давая оценку этому докладу, авторитетный американский историк Гровер Ферр в своем исследовании «Антисталинская подлость» насчитал в нем 61 случай грубейшего извращения и произвольного толкования известных исторических фактов. Иными словами, Никита Сергеевич в среднем лгал каждые четыре минуты.

Спустя три десятилетия, один из «архитекторов» горбачевской перестройки и доверенный агент влияния США Александр Яковлев, «примет» из хрущевских рук эстафету злобной антисталинской пропаганды. Уже после краха СССР и запрета КПСС, он цинично заметит: «Мы били Лениным по Сталину, а затем ниспровергали Ленина словами меньшевиков Плеханова, Мартова, Аксельрода, Дана и прочих».

В своем докладе Хрущев вменил Сталину расправу с испытанными кадрами партии, умолчав, правда, о причинах репрессий. Это было правдой, но только частичной. Жертвами произвола стали 58 тысяч коммунистов и кандидатов, которых руководители регионов подводили под ликвидацию по первой категории, причем именно тех, кого могли бы увидеть среди избранных на альтернативной основе депутатов, членов выборных партийных органов.

Не хватило смелости разоблачителю культа взять на себя личную ответственность. Зато нашел время зачитать жалостливое письмо Эйхе о пощаде, на совести которого в Западно-Сибирском крае 20000 тысяч жителей. К слову, сам Хрущев за два года в руководимой им Московской области «обезвредил» 45000 «врагов народа».

С ловкостью карточного шулера Хрущев попытался возложить на Сталина главную ответственность за провал Харьковской наступательной операции в мае 1942 года. Однако в своих воспоминаниях бывший начальник Генерального штаба маршал Советского Союза Александр Василевский напомнил, что инициатива осуществить операцию целиком принадлежала командованию Юго-Западного направления (командующий Тимошенко, член Военного совета Хрущев). Но уже на пятый день наступление советских войск захлебнулось, поскольку им в тыл нанесла мощный удар вражеская танковая армада со стороны Славянска и Краматорска. Анализируя причины и трагические последствия майского поражения, Сталин не поскупился на жесткие оценки действий этих лиц.

А чего только стоят басни дедушки Никиты о том, что Сталин планировал операции по глобусу. Талантливые представители советской полководческой школы Шапошников, Жуков, Василевский, Рокоссовский, Голованов, Антонов, Штеменко отмечали, что огромный стол в кабинете вождя всегда был завален картами с оперативной обстановкой на ключевых фронтах, в которых тот разбирался со знанием дела.

Давая оценку Сталинскому стилю руководства страной и партией, обвиняя его в отсутствии внутрипартийной демократии и отступлении от ленинских норм партийной жизни, Хрущев оставлял «за кадром» предвоенные, военные и послевоенные годы, когда со всей остротой стоял вопрос «Быть или не быть?» советскому государству, когда вчерашние союзники тайно разрабатывали новой смертоносной войны против СССР. И эффективность этих решений измерялась не количеством заседаний Президиума и Оргбюро ЦК, Пленумов ЦК и съездов, а оперативной организацией всех сил на отпор и разгром врага, когда в стране в обстановке совершеннейшей секретности в сжатые сроки создавалось атомное и термоядерное оружие, средства ПВО и ракетного вооружения.

Объективные историки и экономисты, оценивая хрущевский период руководства страной, назвали его этапом упущенных возможностей. Итоги первых послевоенных пятилеток давали все основания стране к 1970 году сравняться по ключевым показателям социально-экономического развития с США. Могла, но не смогла. Или не дали?

По этому поводу у ленинградской писательницы Елены Прудниковой есть честное признание: «Знаете, чем отличается сталинский социализм от последующего? При Сталине люди, стоявшие наверху, жгли свои сердца ради страны. Те, кто пришел после 26 июня 1953 года, жгли свою страну ради своих жизней. Те же слова, только расставлены в другом порядке, только и всего».

«Секретный» доклад Хрущева уже через несколько разошелся по всей Европе и далеко за ее пределами. Он больно ударил по международному авторитету СССР, по мировому коммунистическому движению. Утратили свои позиции в качестве крупнейших политических сил Коммунистические партии Франции, Италии и других капиталистических стран. Авантюрная политика Хрущева на долгие десятилетия надолго вбила клин в стратегический союз СССР и КНР, чем умело воспользовались США. В противном случае, как знать, в чью бы пользу закончилось к концу тех же 70-х годов соперничество двух мировых систем?

Вскоре в Венгрии десталинизаторы начали вешать своих оппонентов на столбах

Зачем все это понадобилось неукротимому борцу с культом личности и его последствиями? Хрущева просто использовали «в темную»? Или решающую роль сыграли его глубокие троцкистские корни? Ведь не зря сразу же после ХХ съезда одним из первых шагов Хрущева стала реабилитация организаторов заговора генералов, членов троцкистско-бухаринской группировки, вина которых была установлена на открытых судебных процессах. Реабилитация же совершалась келейно, по закрытым представлениям Прокуратуры СССР. Вскоре после этого оттуда поперло такое, что не приведи Господь: дела недобитых головорезов ОУН — УПА, власовцев, «лесных братьев»…

В отличие от Хрущева, главные перестройщики Яковлев — Горбачев были куда откровеннее в своих подлых признаниях (правда, уже после 1991 года, когда дело было сделано) о том, что их главная цель была — взорвать Союз и советское общество изнутри. Как говорят в народе, Сталина на них уже не было.

-----

Добавлю к этому, что, насколько мне известно, никто из "трубадуров оттепели" из числа интеллигенции в период самой этой оттепели ничего не сказал и не написал про Новочеркасск. Расстрел нескольких десятков рабочих не произвел впечатление на этих неподкупных и рукопожатных людей, так называемых "шестидесятников" - как тех, кто впоследствии вписался в диссидентское движение, так и тех, кто поддерживал его морально, пользуясь при этом всеми благами, которые советская система предоставляла своей номенклатуре. Расправа с "Пражской весной" несколько лет спустя потрясла этих "трубадуров" гораздо сильнее.

-----

Гровер Ферр, "Антисталинская подлость". Книга онлайн.


  • Всё-таки хорошо, что прошло время когда недалекие селяне , (с характерным сельским акцентом)стояли в руководстве огромной страны... Я не против крестьян как таковых, но чтоб вот так как эти деятели, остаться дремучими и тоже время мелкотравчатыми интриганами...
  • А причём тут акцент? Я полагаю у товарища Троцкого особого такого акцента не было, но от этого не легче. А товарищ Рейган вряд ли был гигантом мысли, но стране своей приносил скорее пользу, чем вред
  • Вы намек не очень поняли, конечно товарищ Троцкий не был расово правильным, но он был из родом из Херсонской губернии. (только что проверила, но догадка оказалась правильной). Кстати, акцент у него вполне мог быть. Украинский, или сельский, если деятель из некоторых сел в России.
  • Речь шла не о гигантизме мыслей, а скорее об образе мыслей. Запродать типа родную страну, в угоду политике, своей шкуре, или еще каким-то неведомым мне соображениям -надо иметь особый образ мыслей.
  • Аня, можно я буду так к Вам обращаться ) Дело не в расовости, вот господин Ельцин и не сельский, Урал место такое, один большой завод, а вот... Ну его к..., кажется он ещё и красный диплом отхватил. А Андропов - земляк Горбачёва, станция Нагутская, в те времена место отнюдь не столичное, да и Солженицин...станица Саблинская. Я против того, чтобы на человеке ставили клеймо по месту происхождения. Куда Вы в Вашей интуитивной классификации определите Шукшина, Есенина и т.д.
  • Он сельский. Я проверяла.
  • Просто стыдно было за всех этих деятелей, то за их поведение, за неотесанность. Какие бы ни были у Путина минусы, какую бы антипатию он ни вызывал, он намного лучше смотрится и приличнее, ну и профессиональнее.
  • Анечка, мне то ответ на вопрос: - кто виноват? понятен Дураки. И даже что делать понятно - Дороги, дороги во всех смыслах. и между точками на карте и между сердцами людей болеющих за всё что случилось и может ещё случиться на белом свете, между душами людей любящих своих близких, родителей детей, учеников, учителей свою страну и свою планету, тигра Амура и козла Тимура. Но вот как? Как? Увы, не знаю
  • Господи, да у нас многие судьи, полицейские и прокуроры из глухих деревень, получили дипломы "за жаренного гуся", сейчас миллионеры, живут во дворцах, ездят на иномарках, дети за кордоном и изображают из себя "высший свет" и "элиту". А Собчак? Разве это не деревенщины? А Ельцын? Деревенский плотник по менталитету... А Валенса? убогий умом. Российская империя всегда была аграрной страной, так что у нас -90 % - выходцы из сельской глубинки. Разве что сейчас не в первом поколении.
  • Троцкий имел блестящее образование, говорил и писал (свободно) на нескольких языках. Выходец из глубинки, он вообще не нёс в себе местечковых черт. Был человеком мира и интеллигентом.